MINEX Forum

Region: Kazakhstan

  • Турецкая компания Miryıldız вложит $480 млн в золотой проект в Казахстане — добыча на Жанане намечена на конец 2026 года с перспективой листинга на бирже

    Турецкая компания Miryıldız вложит $480 млн в золотой проект в Казахстане — добыча на Жанане намечена на конец 2026 года с перспективой листинга на бирже

    Турецкая горнодобывающая компания Miryıldız Mining реализует инвестиционную программу объёмом $480 млн в Казахстане, в центре которой — разработка золоторудного месторождения Жанан в Абайской области. Добыча запланирована на конец 2026 года, а после запуска производства компания рассматривает возможность листинга на фондовой бирже. Об этом сообщил генеральный директор Эмрах Эрдем на форуме MINEX Kazakhstan 2026 в Астане.

    Общий объём инвестиций охватывает строительство обогатительной фабрики, обустройство месторождения Жанан и геологоразведочные работы на нескольких дополнительных лицензионных участках. Жанан — преддобычной стадии месторождение в 100 км от Семея — располагает подтверждёнными запасами свыше 750 тыс. унций золота, или более 23,3 тонны. Проект охватывает 450 лицензионных блоков площадью около 1030 кв. км. Вся необходимая инфраструктура для запуска уже создана: объект подключён к электроэнергии и водоснабжению.

    На месторождении развёрнут полевой лагерь на 150 человек, 122 из которых — казахстанцы. Разведка началась в 2025 году с бюджетом первого этапа $18 млн по всему Казахстану, из которых $17 млн уже освоено. Советские геологические данные подтверждены собственным бурением компании, поддержанным аэрофотосъёмкой, аэромагнитными исследованиями и работами по исследованию удельного сопротивления, давшими высококачественные геофизические результаты.

    Эрдем напомнил, что советские геологи ранее добывали золото на Жанане методом кучного выщелачивания при содержании 0,2–0,5 г/т — слишком низком для рентабельной промышленной разработки. Собственное бурение компании выявило более богатые зоны, пригодные для классической добычи и переработки руды. Строительство объекта уже идёт; по выходе на полную мощность по золоту и меди здесь будет занято от 1300 до 1800 человек.

    Помимо Жанана, Miryıldız располагает в Казахстане 25 лицензиями — одной добычной и 24 разведочными, — охватывающими золото, медь, хром и другие металлы. В портфеле компании: 159 блоков площадью 358 кв. км в районе Балхаша, 76 блоков (172 кв. км) у Баянаула, 34 блока (77 кв. км) в районе Боке-Аягоза и 28 блоков (63 кв. км) на проекте «Алматы». Геофизические работы уже начаты в Павлодарской и Жетысуской областях.

    Согласно презентационным материалам компании, Miryıldız Mining рассматривает листинг на Канадской фондовой бирже TSX или аналогичной площадке после начала производства на Жанане. Эрдем назвал высокий геологический потенциал Казахстана и удобную логистику основными факторами выбора страны для инвестиций. В Турции компания входит в тройку крупнейших производителей меди, эксплуатирует медный рудник Газиантеп с ресурсами 18 млн тонн при содержании 1,7 г/т меди, хромовый рудник и обогатительную фабрику в Мерсине, а также держит 137 разведочных лицензий на различные металлы. Кроме того, компания ведёт геологоразведку в Центрально-Африканской Республике — пять лицензий на 2,5 тыс. кв. км.

  • Turkish Miner Miryıldız Commits $480 Million to Kazakhstan Gold Project as Zhanan Deposit Targets Late 2026 Production Start

    Turkish Miner Miryıldız Commits $480 Million to Kazakhstan Gold Project as Zhanan Deposit Targets Late 2026 Production Start

    Turkish mining company Miryıldız Mining is pressing ahead with a $480 million investment programme in Kazakhstan, centred on the development of the Zhanan gold deposit in Abai Region, with production targeted to begin before the end of 2026 and a potential stock exchange listing to follow, the company’s chief executive Emrah Erdem announced at the MINEX Kazakhstan 2026 forum in Astana.

    The total investment covers construction of an ore processing plant, development of the Zhanan deposit and geological exploration across several additional licence areas. The Zhanan project — located 100 kilometres from the city of Semey — is at the pre-production stage and holds confirmed reserves of more than 750,000 ounces of gold, equivalent to over 23.3 tonnes. The deposit covers 450 licence blocks across approximately 1,030 square kilometres. Infrastructure prerequisites are already in place: the site is connected to electricity and water supply ahead of project launch.

    A field camp of 150 workers — 122 of them Kazakhstani nationals — is currently active at Zhanan. Exploration began in 2025 with a first-phase budget of $18 million across Kazakhstan, of which $17 million has already been deployed. The company has confirmed Soviet-era geological data through its own drilling programme, supported by aerial photography, aeromagnetic surveys and resistivity studies that have returned strong geophysical results.

    Erdem noted that Soviet geologists had previously extracted gold at Zhanan using heap leaching, but at grades of 0.2 to 0.5 grams per tonne — too low to be economically viable at scale. The company’s own drilling has identified higher-grade zones capable of supporting a conventional mining and processing operation. Construction of the mining project is already underway, with a workforce of between 1,300 and 1,800 people expected once gold and copper ore processing is at full capacity.

    Beyond Zhanan, Miryıldız holds a total of 25 licences in Kazakhstan — one production and 24 exploration — spanning interests in gold, copper, chromium and other metals. Its exploration portfolio includes 159 blocks near Balkhash covering 358 square kilometres, 76 blocks near Bayanaul covering 172 square kilometres, 34 blocks near Boke-Ayagoz covering 77 square kilometres, and 28 blocks on the Almaty project covering 63 square kilometres. The company has recently commenced geophysical survey work in Pavlodar and Zhetysu regions.

    Company presentation materials indicate that Miryıldız Mining is considering a listing on the Toronto Stock Exchange or a comparable exchange once production at Zhanan is underway. Erdem cited Kazakhstan’s strong geological potential and straightforward logistics as the primary factors behind the company’s decision to invest. Miryıldız is one of Turkey’s top three copper producers and operates the Gaziantep copper mine with 18 million tonnes of resources at an average grade of 1.7 grams per tonne, alongside a chrome mine and processing plant in Mersin and 137 exploration licences across multiple metals in Turkey. The company also holds five exploration licences covering 2,500 square kilometres in the Central African Republic.

  • Solidcore Resources подтверждает завершение строительства первого в Казахстане золотого комбината полного цикла в 2028 году — срок окупаемости сократился до семи лет

    Solidcore Resources подтверждает завершение строительства первого в Казахстане золотого комбината полного цикла в 2028 году — срок окупаемости сократился до семи лет

    Solidcore Resources подтвердила, что строительство первого в Казахстане комбината полного цикла по переработке золотых концентратов — Ертисского гидрометаллургического комбината (ЕГМК) вблизи Павлодара — идёт по графику и завершится в четвёртом квартале 2028 года. При этом срок окупаемости проекта теперь оценивается в семь-восемь лет: высокие цены на золото кардинально улучшили экономику инвестиций объёмом $978 млн.

    На форуме MINEX Kazakhstan 2026 в Астане главный исполнительный директор Solidcore Resources Виталий Несис сообщил, что строительство ведётся полным ходом, а компания близка к подписанию юридически обязывающей финансовой документации с Европейским банком реконструкции и развития. Изначально совет директоров утверждал окупаемость проекта на уровне 12 лет при цене золота $2 800 за унцию. «При текущем уровне цен, с учётом повышения налогов и укрепления тенге, окупаемость будет на уровне 7-8 лет», — заявил Несис.

    ЕГМК рассчитан на 30 лет эксплуатации и будет перерабатывать до 300 тыс. тонн золотосодержащего концентрата в год, производя до 500 тыс. унций золота в сплаве доре. Постоянный штат комбината составит до 500 сотрудников. Предприятие станет первым объектом такого класса в Казахстане — значимым шагом в реализации государственного курса на глубокую переработку минерального сырья внутри страны вместо экспорта необработанных концентратов.

    Несис также прокомментировал волну консолидации в золотодобывающем секторе Казахстана. В октябре 2025 года китайская Zijin Mining через подразделение Zijin Gold International приобрела у Булата Утемуратова компанию RG Gold — владельца месторождения Райгородок в Акмолинской области — за $1 млрд. В конце марта 2026 года стало известно, что предприниматель Шахмурат Муталип, владелец Integra Construction KZ, покупает 100% акций «Алтыналмаса» — одного из трёх крупнейших производителей золота в стране. Несис оценил эту активность положительно, выразив надежду, что сделки приведут к расширению числа публичных казахстанских горнодобывающих компаний на бирже AIX.

    Относительно собственных приобретений Несис отметил, что сделка по покупке золоторудного месторождения Тохтар на севере Казахстана ещё не согласована с государственными органами, и от комментариев воздержался. При этом он подтвердил, что за последние полгода компания открыла дочерние структуры в Омане и Таджикистане в расчёте на заключение сделок на этих рынках.

    Solidcore Resources — ведущий производитель золота в Казахстане, акции которого котируются на Международной бирже Астаны. В портфеле компании — месторождения Бакырчик в Абайской области и Варваринское с Комаровским в Костанайской области. В 2024 году компания приобрела 55% в редкоземельно-полиметаллическом месторождении Сырымбет в Северо-Казахстанской области за $82,5 млн, где в 2028 году планируется запуск ГОКа силами дочерней структуры Tin One Mining с объёмом инвестиций $227,8 млн. Также сообщалось, что Solidcore привлечёт $100 млн в Германии на строительство ЕГМК и реализует золотые запасы в первой половине 2026 года.

  • Solidcore Resources Confirms 2028 Completion of Kazakhstan’s First Full-Cycle Gold Processing Plant as Payback Period Shrinks to Seven Years

    Solidcore Resources Confirms 2028 Completion of Kazakhstan’s First Full-Cycle Gold Processing Plant as Payback Period Shrinks to Seven Years

    Solidcore Resources has confirmed that construction of Kazakhstan’s first full-cycle gold concentrate processing facility — the Ertis Hydrometallurgical Plant near Pavlodar — remains on track for completion in the fourth quarter of 2028, with the project’s payback period now estimated at seven to eight years as elevated gold prices dramatically improve the economics of the $978 million investment.

    Speaking at the MINEX Kazakhstan 2026 forum in Astana, Solidcore Resources chief executive Vitaly Nesis said construction was proceeding at full pace and that the company was close to signing legally binding financing documentation with the European Bank for Reconstruction and Development. When the project was originally approved by the board, payback was calculated at 12 years based on a gold price of $2,800 per ounce. “At current price levels, taking into account tax increases and tenge strengthening, payback will be around seven to eight years,” Nesis said.

    The Ertis plant, with a 30-year project lifespan, will be capable of processing up to 300,000 tonnes of gold-bearing concentrate annually and producing up to 500,000 ounces of gold in doré form per year, with a permanent workforce of up to 500 employees. It will be the first facility of its kind in Kazakhstan, marking a significant step in the country’s push to process its mineral wealth domestically rather than export raw concentrates.

    Nesis also commented on a wave of recent consolidation in Kazakhstan’s gold sector. In October 2025, Chinese group Zijin Mining acquired RG Gold — owner of the Raygorodok deposit in Akmola Region — from Bulat Utemuratov for $1 billion. More recently, in late March 2026, entrepreneur Shakhmurat Mutalip, owner of construction company Integra Construction KZ, was reported to have agreed to acquire 100% of Altynalmas, one of Kazakhstan’s three largest gold producers. Nesis said such activity should be welcomed, expressing hope that the deals would lead to more Kazakhstani mining companies listing on the Astana International Exchange.

    On Solidcore’s own acquisition plans, Nesis noted that a deal to acquire the Tokhtar gold deposit in northern Kazakhstan has not yet been approved by state authorities and declined to comment further. He did confirm, however, that the company had established subsidiaries in Oman and Tajikistan over the past six months in the hope of securing deals in those markets.

    Solidcore Resources, listed on the Astana International Exchange, operates the Bakyrchik deposit in Abai Region and the Varvarinskoye and Komarovskoye deposits in Kostanai Region. In 2024 the company acquired a 55% stake in the rare earth and polymetallic Syrymbет deposit in North Kazakhstan Region for $82.5 million, where subsidiary Tin One Mining plans to commission a mining and processing plant in 2028 at an investment cost of $227.8 million. The company is also reported to be borrowing $100 million in Germany toward EGMK construction and plans to liquidate its gold inventory in the first half of 2026.

  • Холдинг «Байтерек» рассматривает два проекта по редкоземельным металлам и планирует не менее $2,5 млрд ежегодных инвестиций в горно-металлургический сектор

    Холдинг «Байтерек» рассматривает два проекта по редкоземельным металлам и планирует не менее $2,5 млрд ежегодных инвестиций в горно-металлургический сектор

    Казахстанский государственный холдинг «Байтерек» рассматривает возможность финансирования двух проектов по добыче редкоземельных металлов через дочернюю структуру — Банк развития Казахстана, — а объём инвестиций холдинга в горно-металлургический комплекс в 2026 году ожидается на уровне не менее $2,5 млрд. Об этом рассказал топ-менеджер холдинга на полях форума MINEX Kazakhstan 2026 в Астане.

    Управляющий директор «Байтерека» Айдын Акан подтвердил, что оба редкоземельных проекта проходят оценку в рамках программы, запущенной БРК в ноябре прошлого года. «Есть пул проектов, которые они смотрят», — сказал он, оговорившись, что сроки одобрения и начала финансирования пока не определены: оба проекта должны пройти внутренние процедуры банка, а их проектно-сметная документация — обязательную государственную экспертизу, на подготовку которой требуется не менее шести месяцев.

    Финансирование редкоземельных проектов может быть также оказано через Qazaqstan Investment Corporation — ещё одну «дочку» «Байтерека», которая входит в капитал проектов, как правило с долей менее 50%, на определённый срок, а затем выходит через продажу частному сектору. «Мы готовы входить в капитал и быть участниками, сопартнёрами проекта — поддержать его и в какой-то момент выйти с продажей частному сектору», — пояснил Акан, подчеркнув, что операционное управление должно оставаться за частной компанией.

    В 2025 году финансирование «Байтерека» в горнорудный сектор составило $2,5 млрд из общего ссудного портфеля около $20 млрд, и Акан выразил уверенность, что в 2026 году этот показатель будет выдержан или превышен. «Динамика очень хорошая. Мы на ежегодной основе двукратно растём», — отметил он.

    При этом Акан чётко обозначил границы мандата «Байтерека»: холдинг не финансирует геологоразведку и добычу, а исключительно создание добавленной стоимости из сырья. «Наш мандат — именно финансирование строительства мощностей по переработке. Мы финансируем именно создание добавленной стоимости на сырье», — сказал он. В числе доступных инструментов — прямые займы, лизинг оборудования, финансирование оборотного капитала, гарантии и участие в уставном капитале через QIC. Такой подход напрямую соответствует стратегическому курсу Казахстана на продвижение вверх по цепочке добавленной стоимости и снижение зависимости от экспорта сырья.

  • Kazakhstan’s Baiterek Holding Eyes $2.5 Billion in Annual Mining Finance as Two Rare Earth Projects Enter Bank Review

    Kazakhstan’s Baiterek Holding Eyes $2.5 Billion in Annual Mining Finance as Two Rare Earth Projects Enter Bank Review

    Kazakhstan’s state development holding Baiterek is considering financing two rare earth metal extraction projects through its subsidiary the Bank for Development of Kazakhstan, a senior holding official has revealed, as the group targets at least $2.5 billion in annual mining and metallurgical sector financing in 2026.

    Speaking to journalists on the sidelines of MINEX Kazakhstan 2026 in Astana, Baiterek managing director Aydin Akan confirmed that two rare earth projects are currently being assessed under a programme the Bank for Development of Kazakhstan launched in November last year. “There is a pool of projects they are looking at,” he said, cautioning that timelines for approval and disbursement remain uncertain as both projects must complete the bank’s internal procedures and have their project documentation pass mandatory state expert review — a process requiring at least six months of preparation.

    The rare earth projects may also receive financing through Qazaqstan Investment Corporation, another Baiterek subsidiary, which takes equity stakes of typically less than 50% in projects for a defined period before exiting through sale to the private sector. “We are ready to enter the capital and be participants, co-partners in a project — support it and at a certain point exit through sale to the private sector,” Akan said, emphasising that the operational lead must always remain with a private company.

    Baiterek’s broader mining sector financing reached $2.5 billion in 2025 out of a total loan portfolio of approximately $20 billion, and Akan said he expects that figure to be maintained or exceeded in 2026. “The dynamics are very good. We are growing twofold on an annual basis,” he said.

    Crucially, Akan was clear about the boundaries of Baiterek’s mandate: the holding does not finance exploration or extraction, but exclusively targets the creation of added value from raw materials. “Our mandate is precisely the financing of processing capacity construction — we finance the creation of added value from raw materials,” he said, listing the instruments available as direct loans, equipment leasing, working capital financing, guarantees and equity participation through QIC. The emphasis on processing aligns directly with Kazakhstan’s broader strategic push to move up the mineral value chain and reduce dependence on raw material exports.

  • First Quantum Minerals направит $4-5 млн на разведку меди в Казахстане в 2026 году — страна становится вторым по приоритетности рынком компании после Замбии

    First Quantum Minerals направит $4-5 млн на разведку меди в Казахстане в 2026 году — страна становится вторым по приоритетности рынком компании после Замбии

    Канадский горнодобывающий гигант First Quantum Minerals вступает в третий год подряд геологоразведки меди в Казахстане с запланированным бюджетом на 2026 год в размере $4-5 млн, что выводит страну на второе место среди разведочных рынков компании в мире после Замбии. Об этом рассказал старший геолог компании на полях форума MINEX Kazakhstan 2026 в Астане.

    В беседе с qazba.kz менеджер по геологии FQM Exploration Kazakhstan Джеймс Банярд заявил, что перспективы Казахстана по-прежнему оцениваются компанией как весьма обнадёживающие. «Перспективы в Казахстане по-прежнему очень многообещающие. Благодаря реформам последних нескольких лет объём привлечённых иностранных инвестиций и конкуренция, безусловно, растут. Но мы по-прежнему считаем, что есть области, где у нас есть конкурентное преимущество, — опыт в Замбии даёт нам иной взгляд на бассейн Чу-Сарысу, чем у других компаний», — отметил он.

    Компания последовательно наращивает собственный лицензионный портфель, снижая зависимость от совместных проектов с Pallas Resources. На сегодняшний день FQM владеет пятью лицензиями площадью около 700 кв. км на 100% и одной лицензией в рамках СП с Pallas площадью около 450 кв. км. В портфель входят два участка вблизи исторического рудника Коунрад к северу от Балхаша, остальные сосредоточены в районе Жезказгана.

    Прошлым летом компания провела алмазное бурение в трёх точках бассейна Чу-Сарысу. Несмотря на то что результаты не выявили экономически значимой минерализации, Банярд охарактеризовал программу как важнейший этап обучения — первый опыт непосредственного изучения пород бассейна иностранной компанией. «Мы очень много узнали о бассейне, и это действительно первый раз, когда мы как иностранная компания впервые видим эти породы. Очень важно учиться как можно быстрее, а бурение — самый быстрый способ обучения», — пояснил он. В 2026 году запланированы дальнейшие работы по определению целевых участков и бурению по всему портфелю лицензий.

    Вопрос урана — актуальный в контексте казахстанского законодательства, допускающего параллельные претензии Казатомпрома при его обнаружении в исследуемом бассейне, — Банярд снял однозначно. «Мы ищем уран, но пока ничего не нашли. Месторождения урана находятся южнее в бассейне, вдали от наших участков. Мы предполагаем, что в северной части бассейна, где мы сейчас работаем, уран не обнаружим», — сказал он.

    Одновременно FQM сокращает присутствие на периферийных активах. Компания продаёт месторождение Чайели в Турции Cengiz Holding и уже реализовала проект Las Cruces в Испании — в рамках стратегии концентрации добычи в Замбии и Латинской Америке, тогда как Казахстан рассматривается как опция для диверсификации глобальных рисков. Компания также отслеживает ситуацию в Монголии и Узбекистане, располагающих, по словам Баняра, богатыми медно-порфировыми месторождениями, однако вход в эти юрисдикции будет зависеть от соответствия правовой базы международным стандартам компании как публичного эмитента.

    В части взаимодействия с местным населением Банярд отметил, что потребности казахстанских общин в целом совпадают с подходом FQM, предпочитающей инвестиции в натуральной форме денежным выплатам. В прошлом году компания пробурила несколько скважин в селе Актогай Карагандинской области для помощи жителям с поливом деревьев — по той же модели, что применяется в других странах её присутствия.

  • First Quantum Minerals Commits $4-5 Million to Kazakhstan Copper Exploration in 2026 as Chu-Sarysu Basin Moves Up Global Priority List

    First Quantum Minerals Commits $4-5 Million to Kazakhstan Copper Exploration in 2026 as Chu-Sarysu Basin Moves Up Global Priority List

    Canadian mining giant First Quantum Minerals is entering its third consecutive year of copper exploration in Kazakhstan, with a planned exploration budget of $4-5 million for 2026 that makes the country the company’s second-largest exploration destination globally after Zambia, a senior company geologist has revealed.

    Speaking on the sidelines of the MINEX Kazakhstan 2026 forum in Astana, James Banyard, geology manager of FQM Exploration Kazakhstan, said the company’s outlook for the country remains highly positive. “The prospects in Kazakhstan are still very promising,” he told qazba.kz. “Thanks to the reforms of recent years, the volume of foreign investment attracted and competition are certainly growing. But we still believe there are areas where we, as First Quantum, have a competitive advantage — and our experience from Zambia gives us a different perspective on the Chu-Sarysu basin than other companies have.”

    The company has been steadily building its own licence portfolio, moving away from its initial reliance on joint ventures with Pallas Resources. FQM now holds five licences covering approximately 700 square kilometres entirely in its own name, plus one joint venture licence with Pallas covering around 450 square kilometres. Licence areas include two sites near the historic Kounrad mine north of Balkhash, with the remainder concentrated around Zhezkazgan.

    Last summer, FQM conducted diamond drilling at three locations in the Chu-Sarysu basin. While results did not indicate economically viable mineralisation, Banyard described the programme as a critical learning exercise — the first time the company had directly encountered the basin’s rock formations. “We learned a great deal about the basin, and it was really the first time we as a foreign company have seen these rocks. It is very important that we learn as quickly as possible, and drilling is the fastest way to learn,” he said. Further target definition and drilling are planned across the full portfolio through 2026.

    On uranium — a relevant concern given that discoveries in the Chu-Sarysu basin could trigger competing claims from Kazatomprom under Kazakhstani law — Banyard was reassuring. “We are looking for uranium but have not found any so far. The uranium deposits are further south in the basin, away from our exploration areas. We expect not to find uranium in the northern part of the basin where we are currently working.”

    FQM is simultaneously reducing its exposure to peripheral assets elsewhere. The company is selling the Çayeli copper-zinc mine in Türkiye to Cengiz Holding and has disposed of its Las Cruces copper project in Spain — moves consistent with a strategy of concentrating production in Zambia and Latin America while using Kazakhstan as an optionality play to diversify global risk. The company is also watching developments in Mongolia and Uzbekistan, which Banyard noted possess rich porphyry copper deposits, though he said any entry into those jurisdictions would depend on the legal and operating framework meeting FQM’s international standards as a listed company.

    On community relations, Banyard said local needs in Kazakhstan broadly align with FQM’s preferred operating approach, which favours in-kind contributions over cash payments. Last year the company drilled several water wells in the village of Aktogai in Karaganda Region to help residents irrigate trees — a model consistent with its community engagement approach in other operating countries.

  • Искусственный интеллект берёт управление на себя: казахстанские шахты переходят от ручного контроля к предиктивной аналитике в реальном времени

    Искусственный интеллект берёт управление на себя: казахстанские шахты переходят от ручного контроля к предиктивной аналитике в реальном времени

    Искусственный интеллект в горнодобывающей отрасли Казахстана перестаёт быть вспомогательным инструментом и становится системой оперативного управления производством — меняя сам подход к мониторингу, техническому обслуживанию и стратегическому планированию. Об этом рассказал председатель форума MINEX в беседе с корреспондентом агентства Kazinform.

    Управляющий директор Advantix и исполнительный председатель MINEX Forum Артур Поляков описал трансформацию, которая уже происходит на горнодобывающих предприятиях страны. На одном карьерном самосвале может быть установлено от 300 до 1000 датчиков. Ещё недавно всю эту информацию инженер собирал вручную в конце смены и обрабатывал самостоятельно. Сегодня данные поступают непрерывно в режиме реального времени, и искусственный интеллект обрабатывает их без участия человека.

    Главный практический результат этого перехода, по словам Полякова, — смена модели реагирования на модель прогнозирования. «Фактически мы переходим к модели, когда можно заранее понимать, что и когда выйдет из строя — будь то лампочка, конвейер или целое оборудование. Это даёт возможность планировать ремонт до аварии и значительно снижать издержки», — пояснил он.

    Переход к предиктивному обслуживанию позволяет выстраивать более устойчивую и управляемую систему производства, где решения принимаются на основе постоянного потока актуальных данных, а не ретроспективной отчётности. Поляков отметил, что наиболее продвинутые системы уже начинают учитывать наряду с техническими параметрами и внешние факторы — рыночную конъюнктуру и макроэкономические риски — превращая ИИ из аналитического инструмента в элемент стратегического планирования производства.

    Эти изменения отражают масштабную трансформацию казахстанского добывающего сектора, где государство одновременно форсирует углублённую переработку минерального сырья, расширение геологоразведки и переход к выпуску продукции с более высокой добавленной стоимостью — и всё это требует именно тех операционных преимуществ, которые обеспечивают системы на основе искусственного интеллекта.

  • AI Takes the Wheel in Kazakhstan’s Mines as Real-Time Sensor Data Replaces End-of-Shift Guesswork

    AI Takes the Wheel in Kazakhstan’s Mines as Real-Time Sensor Data Replaces End-of-Shift Guesswork

    Artificial intelligence is moving from a supporting tool to an operational management system in Kazakhstan’s mining sector, fundamentally changing how production is monitored, maintained and planned, according to the chairman of the MINEX Forum.

    Speaking to Kazinform, Artur Polyakov, managing director of Advantix and executive chairman of the MINEX Forum, described a shift that is already underway on mine sites across the country. A single haul truck in an open-pit mine may carry between 300 and 1,000 sensors. Until recently, that data was collected manually by an engineer at the end of each shift and processed by hand. Today, the data flows continuously in real time and artificial intelligence processes it without human intervention.

    The practical consequence, Polyakov said, is a fundamental change in how problems are managed — from reaction to prediction. “We are moving to a model where you can understand in advance what will break down and when — whether it is a light bulb, a conveyor belt or an entire piece of equipment. This makes it possible to plan maintenance before a breakdown occurs and significantly reduce costs,” he said.

    The transition to predictive maintenance is enabling mining operations to become more stable and controllable, with decisions driven by a constant stream of live data rather than retrospective reporting. Polyakov noted that the most advanced systems are already beginning to incorporate external variables alongside technical parameters — including market conditions and macroeconomic risk factors — elevating AI from an analytical instrument to a component of strategic production planning.

    The development reflects a broader transformation underway in Kazakhstan’s extractive sector, where the government is simultaneously pushing for deeper mineral processing, expanded geological exploration and a shift toward higher value-added industrial output — all of which depend on operational efficiency gains of the kind AI-driven systems are beginning to deliver.