На форуме МАЙНЕКС Центральная Азия МИР обсудил Кодекс о недрах с заинтересованными сторонами

Irina Dorokhova | Апрель 21, 2017 | Просмотров: 370

На форуме МАЙНЕКС прошел круглый стол, на котором заинтересованные стороны обсуждали Кодекс о недрах. В обсуждении участвовали представители министерства по инвестициям и развитию (МИР) РК, разработчики кодекса и недропользователи.

Депутат мажилиса парламента РК Галина Баймаханова предложила назвать новый документ «Кодексом о недропользовании» и посвятить отдельную обстоятельную главу стадийности геологоразведки (традиционно разведка проводится в пять стадий). Также она предложила прописать понятия, используемые в Кодексе, мотивируя это тем, что надо избежать некорректного толкования, а некоторые термины, по ее мнению, использованы неправильно. «Недрами признается часть земной коры, расположенная ниже земной поверхности и дна водоемов и водотоков, простирающаяся до глубин, доступных для геологического изучения и использования». Скажите, пожалуйста, куда подевался почвенный слой, являющийся уникальным образованием и объектом деятельности аграриев?» — спросила депутат. Также должно раскрываться понятие «добросовестности недропользования».

Кроме того, она предложила учесть поправки KazRC по поводу применения национального кодекса. На территории Казахстана должны использоваться наши стандарты, уверена депутат.

Также более обстоятельно надо прописать гарантии прав недропользования, так как «они в проекте рассматриваются как-то уж очень упрощённо», — объяснила госпожа Баймаханова.

Подземные воды, с ее точки зрения, тоже должны рассматривать в рамках Кодекса о недрах, «потому что вода – это жизнь».

Глава департамента недропользования МИР РК Руслан Баймишев прокомментировал опасения, выраженные ранее на форуме гендиректором ТОО «Полиметалл Евразия» Канатом Досмукаметовым о том, что программа управления недрами приведет к тому, что территории для выдачи лицензий будут предоставляться выборочно.

Господин Баймишев особо подчеркнул, что программа управления недрами была запланирована еще в 2015 году. В программе будет прописываться, какие участки недр будут предоставляться  в упрощенном порядке, какие – для геологического изучения недр, а какие – для УВС. Программа разрабатывается на пять лет.

Однако это объяснение вызвало возмущение у недропользователей, которые в частных разговорах признали, что если программа будет принята, и в ней действительно будут указываться участки, то такая система исказит суть реформы, так как изначально предполагалось, что лицензии можно будет взять на любом участке, где не запрещены операции по недропользованию (например, вокруг городов или на особо охраняемых природных территориях).

Далее он представил изменения, которые должны почувствовать недропользователи после того, как закон «О недрах» будет заменен Кодексом о недрах.

Руководитель программы «Минеральные ресурсы для развития» германской правительственной организации GIZ Давид Оберхубер заверил, что закон может быть сколь угодно замечательный, но в процессе работы с ним все равно возникнут сложности. Так, по его словам, произошло, когда в Германии принимался закон о возобновляемых источниках энергии: закон был прекрасен, но когда он вступил в силу, оказалось, что практика не такая, как предполагалось ранее. Для того, чтобы минимизировать сложности на практике, важна четкая координация всех заинтересованных сторон.

После того, как закон вступит в силу, можно будет проанализировать, достигнуты ли действительно цели, которые ставились при разработке нового закона? Стало ли разработанное законодательство эффективным? Есть ли системы мониторинга, чтобы отследить, достигаются ли поставленные цели. Наконец, соответствует ли закон меняющимся обстоятельствам с течением времени.

Главный геолог по ресурсам CSA Global Максим Середкин рассказал об особенностях представления отчетности по стандарту NI 43-101.

Отчет по этому стандарту предоставляется на биржу. Готовится он квалифицированной персоной, обычно независимой. Если готовится сотрудником компании, это обязательно указывается. В отчете дается текущее описание проекта и его оценка. Обычно – по достижении определенных показателей. Размещаются на сайте SEDAR.

Информация не должна быть изложена сложно – ее должны понимать инвесторы-непрофессионалы. Отчет должен быть подготовлен жестко по главам. Если нет – указывается, что нет, и объясняется, почему. С момента PFS в отчет включаются все главы.

Для отчетов на этапе эксплуатации должны быть представлены данные по добыче и для сравнения — оценка по ресурсам и запасам.

Компетентная персона должна иметь высшее образование в геологии и горном деле, быть членом аккредитованной профессиональной организации, 5-летний опыт в разведке на конкретном виде месторождений.

«Роль бирж – для привлечении денег на фондовом рынке. Основные площадки – Торонто, Лондон, Гонконг и Австралийская, — напомнил Максим Середкин. — Надеюсь, и казахская тут появится».

Первый вопрос в обсуждении Кодекса касался взаимоотношений владельцев земельных участков и недропользователей. Один из пунктов статьи 164 предполагает, что, если недропользователь получает права на участке, земля на котором находится в частной собственности, из этого участка исключается часть недр на глубину до 30 метров. Юрист White&Case Тимур Одилов подтвердил, что, действительно, в этом случае недропользователь может вести только подземную отработку месторождения. Эта идея родилась из австралийского опыта

Второй вопрос касался выдачи лицензий на добычу на урановых месторождениях. По статье 163 получается, что разведку на уран может проводить любое лицо (потому что лицензия на разведку выдается «на территорию», а не «на полезное ископаемое»), но получать лицензию – только «Казатомпром», причем даже не его «дочки» или СП.  На это господин Токтабаев ответил, что на сегодняшний день именно такой позиции придерживается министерство энергетики и «Казатомпром», которое контролирует уран. «Мы постарались дать разные варианты, но последнее слово за ними», — признал вице-министр. «Мы знакомы с канадской практикой, где предусмотрен запрет на предоставление лицензии именно на добычу урана неканадским предприятиям или компаниям, не контролируемым в конечном итоге канадскими лицами. И если вы проводили разведку, нашли уран и не нашли канадского инвестора – а в нашем случае – «Казатомпром» — то да, это тупик», — добавил Тимур Одилов.

Представители урановой отрасли, присутствующие на круглом столе, в достоверности сведений о добыче урана в Канаде, представленных господином Одиловым, усомнились.

Впрочем, в ситуации нет полной ясности, потому что «Казатомпром» будет выводиться на IPO.

Председатель комитета KazRC Сауле Уразаева поинтересовалась, почему нельзя использовать формулировку «по международным стандартам отчетности», поскольку она уже используется в Налоговом кодексе, а также почему в Кодексе не прописано, что по этим стандартам необходимо составлять отчетность как на геологическое изучение, так и на разведку – так же как и для оценки минеральных ресурсов. «Система должна быть единой для всех», — уверена госпожа Уразаева. Тимур Одилов отметил, что юридически стандарты отчетности называть «международными» некорректно, так как они национальные. Унифицировать требования по составлению отчетности разработчики пообещали.

Дана Блиева из кластерного фонда «Парк инновационных технологий»  (ПИТ) отметила, что обязательства недропользователей финансировать НИОКР сокращаются с 1% совокупного годового дохода до 1% налогооблагаемого дохода – не замедлит ли это внедрение новых технологий.

Руслан Баймишев отметил, что это предложение АГМК, его поддержало и Миннацэкономики. В Кодексе не прописан ПИТ, потому что это общий документ, где не прописываются конкретные предприятия.

Сергей Кожевников из «Казцинка» поддержал Сауле Уразаеву по поводу отчетности. Она должна быть построена по единым стандартам.  Только в этом случае знания накапливаются, и их удобно использовать, в том числе, всем последующим инвесторам. Господин Кожевников также поинтересовался,  будет ли снять фактический запрет на вывоз проб, потому что анализы должна делать независимая лаборатория, аттестованная по международным стандартам. Таковых сейчас в Казахстане нет.

Руслан Баймишев отметил, что даже в нынешнем законе о недрах вывоз возможен, но с разрешения. В Кодексе запрет на вывоз керна будет снят, но разрешительный порядок останется. Но внутри ЕАЭС можно будет отправлять пробы свободно по требованиям союза. Юридически эта норма будет закреплена, предположительно, в течение двух месяцев.

Еще два вопроса задал представитель SRK. Первый – о том, будут платить недропользователи роялти или НДПИ. Второй – насколько компании могут изменять объем производства в рамках действующих контрактов на добычу.

Руслан Баймишев отметил, что МИР настаивает на роялти, Мифин настаивает на НДПИ. Изменять объемы производства недропользователи могут свободно, если они находятся в рамках существующей экспертизы ОВОС, и потому нет необходимости в дополнительных согласованиях с экологами.

Тимур Токтабаев напомнил, что в новом Кодексе границы понятия «добыча» определяется как руда, поднятая на дневную поверхность. Из нее исключена первичная переработка и, особенно, обогащение.

Глава местного офиса Iluca Resources Тони Торнтон поинтересовался у Давида Оберхубера, какова долгосрочная стратегия GIZ. Тот сообщил, что GIZ —  это подчиненная правительству организация. Существующий мандат действует до начала следующего года. Если же появятся новые проекты на правительственном уровне (в том числе, по внедрению нового Кодекса), мандат может быть продлен.

facebooktwittergoogle_plusredditpinterestlinkedinmailby feather
Рейтинг: 0

Автор публикации

не в сети 1 день

Irina Dorokhova

11
Комментарии: 0Публикации: 275Регистрация: 26-02-2016