Геофизика на высоте: новые технологии геофизических исследованиий на форуме МАЙНЕКС Россия

MINEX FORUM | Октябрь 26, 2017 | Просмотров: 28

Аэрогеофизика не уступает по эффективности наземным исследованиям. Но для более точного результата необходимо проводить комплексные исследования, — поделились опытом представители геофизических компаний. Также прямо и косвенно участники сессии «Геофизика и другие технологии геологоразведки в действии» обсудили возможности российского и зарубежного оборудования для проведения аэрогеофизических исследований. Сессия прошла в рамках форума МАЙНЕКС Россия-2017.

Главный геофизик АО «ГНПП Аэрогеофизика» Павел Бабаянц рассказал о характеристиках золоторудных объектов с точки зрения геофизики, о комплексе методов, которые используются при поиске золоторудных месторождений и о стратегиях, которые могут быть приняты недропользователями для поисков.

Золоторудные месторождения отличаются от других отсутствием прямых поисковых признаков, отсутствием контрастных геофизических границ: сигналы слабые, на уровне помех. Следовательно, традиционные геофизические методы неэффективны, повышать точность и разрешающую способность аппаратуры бесполезно. Выход – делать комплекс разнородных методов и их интерпретаций (аэромагнитная съемка, аэрогаммаспектрометрия, аэроэлектроразведка). Аэромагнитометры примерно одного качества по всему миру, аэрогаммаспектрометры в России не производят, используются канадские (они хороши тем, что могут, например, отсекать помехи от атмосферного радона). Аппаратура для аэроэлектроразведки есть как российская, так и зарубежная. Но последняя дороже, а для поисков золота они примерно сопоставимы по качеству информации.

Чтобы определить золотые объекты, надо искать косвенные факторы. Электроразведка помогает выявить разломы, трещинноватости, рассланцевание. Специальные методы обработки дают петрофизические, с геологическим наполнением карты. Аэрогаммаспектрометры позволяют выделить калиевый и уран-калиевый метосоматоз и выделить в них золоторудные объекты, которые тяготеют к периферии калиевого метасоматоза. В россыпях тяжелая фракция характеризуется повышенными концентрациями тория. Таким образом, потенциально золотые россыпи могут быть картированы: по крайней мере, сопоставление концентраций тория с известными россыпями дают для этого хорошие основания.

Если картировать объекты не получается, можно попробовать метод вероятно-статистического прогноза с обучением на эталонных объектах. 11 исходных параметров плюс трансформанты, результаты моделирования и т.д. – в итоге количество признаков более 50.

После доклада один из слушателей поинтересовался, ожидает ли господин Бабаянц прорыва в геофизике (кроме дронов). «Прорыв произошел на рубеже веков. Аэрогеофизика стала превосходить наземные аналоги», — ответил он. В будущем можно ждать изменений, связанных с теорией и практикой интерпретации, и перехода к реальным трехмерным моделям.

 

Ведущий геолог ООО «ГеоДжет Эксплорейшн» Александр Пивторак сосредоточился на бесконтактных методах в наземной геофизике. Но вначале он призвал заказчиков самим разбираться  в специфике геофизики, чтобы не заказывать ненужные виды работ. «Если нет взаимосвязи между подрядчиками геологами и геофизиками, теряется ответственность за конечный результат», — подчеркнул он.

Методы бесконтактного электромагнитного зондирования можно поделить на три класса в зависимости от диапазона. В отдельности они дают мало информации, вместе позволяют сформировать более точное представление о минерализованных зонах и структуре пород. Использование методов позволяет работать в любых условиях (вода, лед, снег, вечная мерзлота) стабильно и корректно. Проверка данных бесконтактных методов геофизики подтверждается контактными. Это говорит о том, что бесконтактные методы можно использовать там, где контакт невозможен. На конкретном примере Александр Пивторак показал, как комплексный анализ позволил построить геофизическую модель, которая впоследствии подтвердилась бурением.

 

Старший геофизик Aarhus Geophysics Владислав Каминский рассказал об использовании различных геофизических методов для месторождения SunnySide (Ботсвана). Оно использовалось как калибровочная площадка для различных методов (VTEM, Spectrun, Skytem, Xcite).

Во время исследований сотрудники компании привели данные к одним единицам. сравнили амплитуды сигналов, сделали анализ шумов. Оказалось, что Xcite обладают повышенной уровнем «шума», у Vtem и Skytem уровень «шума» примерно сопоставим. Затем компания проверила аэрогеофизику наземной съемкой. Выяснилось, что аэроданные проявляются так же, как наземные. Затем данные были проинвертированы и сопоставлены с результатами бурения. Корреляция также оказалась хорошей.

 

Урал Ураков из Phoenix Geopgisics рассказал о тенденциях в применении электроразведки. Так, глубинные МТЗ используются для поисков новых рудных провинций.

Метод МТЗ мобилен, аппаратура легкая, работать можно с небольшим количеством людей (2-3 человека на прибор). При использовании прецезионных треног появляется возможность выполнения работ в любых погодно-климатических условиях (был пример, что установка работала при -54 градусах). На одном из месторождений метод позволил найти объекты за пределами исследований, улучшить понимание расположения минерализации даже там, где ее не планировали искать. «Метод МТЗ – это такой «Петрович» в партии, который может видеть землю насквозь», — пошутил напоследок докладчик.

 

Гендиректор ООО «Гелиос» Юрий Давыденко сопоставил данные наземной и аэросъемки с помощью дронов-вертолетов от двух компаний: SibGIS UAS и МБПВ-37. «Мы сами удивились, насколько хорошо совпадают результаты наземной и аэросъемки». Он напомнил, что на практике надо помнить, что дроны могут летать на разной высоте, проходя разные профили, и учитывать реальную высоту полета при интерпретации.

 

«В музее собралась группа геофизиков, был выигран грант и стали создавать дрон-магнитометр», начал доклад гендиректор Государственного геологического музея Сергей Черкасов, объясняя, какое отношение имеет музей к геофизическим исследованиям.

Вначале Участники проекта пробовали различные модели дронов. Оказалось, что «самолетный вариант» самый быстрый (для больших пространств), мультироторный дает большие помехи, вертолетный самый дорогой.

Второй задачей стало выяснить, какое оборудование лучше всего подходит. Для дрона подошел рубидиевый квантовый магнитометры с оптической накачкой. Датчики были установлены на концах крыльях. Двигатель пришлось брать спиртовой (бензиновый дает большие помехи) – а с этим двигателем «самолетным» дроном корректно управлять невозможно.

В итоге геофизики остановилсь на мультироторной системе и протестировали ее. Но самое важное – был разработан и создан прототип квантового магнитометра с низкой чувствительностью к наклонению. Погрешность съемки не превышала 1,4-2 нТл.

Испытания показали, что можно проводить съемку производительностью 15 км/час. Аппарат оказался востребованным: два магнитометрических комплекса коптерного типа приобрела «компания, занимающаяся поисками кимберлитовых трубок в Южной Якутии».

Также ученые протестировали развновысотную съемку (фактически, магнитную томографию), которая для обычной аэрогеофизики дорога. Оказалось, что агрегат удобен для разновысотных съемок, может подходить для небольших объектов.

В итоге были залетаны около 3 тыс. погонных километра. Один аппарат упал, но недропользователь тут же заказал такой же на замену.

 

Один из участников сессии поинтересовался, какова оптимальная высота для выполнения аэрогеофизических работ. Докладчики сошлись на том, что на этот вопрос нет однозначного ответа, надо смотреть конкретные объекты. Как правило, чем ниже, тем лучше (для слабопроявленных объектов), но иногда лучше выше, так как на высоте можно убрать лишний «шум».

Представитель Polymetal в комментарии отметил, что магнитометры тяжело экспортировать, так как это объекты двойного назначения, и поинтересовался, есть ли русские аппараты. Он также спросил, когда комплексный БПЛА появится для комплексной электроразведки.

Сергей Черкасов ответил, что участники проекта изучили различный опыт. «Екатеринбургские образцы очень неплохи, их можно модифицировать для дронов, но это отдельная работа», — отметил он. Главная же проблема в том, что цезиевые лазеры не производятся в России, а именно они используются как источник возбуждения. «У нас на магнитометре – ртутные лампы», — поделился информацией Сергей Черкасов и добавил, что комплексных БПЛА еще долго не будет, так как не хватает места для установки всего оборудования, которое еще надо и поднять.

facebooktwittergoogle_plusredditpinterestlinkedinmailby feather
Рейтинг: 0

Автор публикации

не в сети 3 дня

MINEX FORUM

4

:)

Комментарии: 3Публикации: 1799Регистрация: 08-07-2013