Дальнему Востоку прописан рост. Возможности региона на форуме МАЙНЕКС Россия-2017

MINEX FORUM | Октябрь 27, 2017 | Просмотров: 32

Сырьевые проекты на Дальнем Востоке будут развиваться хотя бы потому, что для них предусмотрена господдержка – налоговая и инфраструктурная. О проектах, тенденциях и возможностях региона говорили на сессии «Инвестиционные альтернативы на Дальнем Востоке и Сибири» в рамках форума МАЙНЕКС Россия-2017.

Директор инвестиционного департамента Агентства Дальнего Востока Георгий Фотин представил действующие механизмы господдержки на Дальнем Востоке. Агентство как раз создано для привлечения инвесторов в рамках Министерства по развитию Дальнего Востока. В этом же ведомстве работает Корпорация развития Дальнего Востока. Она отвечает за управление инфраструктурой в рамках территорий опережающего развития (ТОРов). Агентство по развитию человеческого капитала отвечает за привлечение квалифицированных кадров, Фонд развития Дальнего Востока инвестирует проекты в регионе на льготных условиях (5% на 10 лет).

На Дальнем Востоке сейчас работают 18 ТОРов. Господин Фотин представил список льгот для их участников, в том числе – понижающий коэффициент для НДПИ в течение десяти лет.  Кроме того, по постановлению правительства №1055 выделяются безвозмездные субсидии на внешнюю инфраструктуру под конкретные проекты. Например, «Полюс» получил около 10 млрд рублей на строительство внешней инфраструктуры (ЛЭП Омчуг – Омчак – Новая).

Наиболее крупные проекты в угольной отрасли развивают компании «Колмар» (до 16 млн тонн в год) и «Берингпромуголь». В золотодобыче Георгий Фотин отметил строительство рудников на Наталке, Дражном и Павлике. В проработке находятся около 50 проектов (наиболее крупные — Малмыжское, Баимское, Кун Манье, Крутогорское).

 

Тему ТОРов продолжила старший налоговый менеджер E&Y Анастасия Степанова. Она отметила, что действующая система льгот привела к конкуренции регионов за инвестпроекты. Возможно, поэтому будет введен мораторий на новые льготы по налогам, поступающим в региональные бюджеты, и разработана оценка эффективности налоговых льгот.

До марта 2018 года ТОРы могут быть организованы только на Дальнем Востоке и моногородах, затем – по всей России. ТОРы тоже конкурируют между собой по налоговым ставкам. Важное ограничение – проект должен быть реализован именно на территории ТОРа. Минимальная сумма вложения – 500 тыс. руб.

Еще один инструмент – региональные инвестиционные проекты (РИПы). Здесь нет необходимости заключать договор с управляющей компании и находиться на определенной территории, достаточно располагаться в том или ином регионе. У этих проектов минимальная сумма вложений выше, чем в ТОРах (50 млн руб. в течение трех лет или 500 млн лет в течение пяти лет).

Минусы обеих схем – невозможность зафиксировать налоговый режим: при смене законодательства налоговые условия могут поменяться.

 

Управляющий директор активов Highland Gold на Чукотке Сергей Шумилов рассказал о проектах, которыми он управляет. Предполагаемая производительность Кекуры составляет 209 тыс. унций в год (сопоставимо с 9-месячным объемом производства Highland Gold). Запасы Кекуры составляют 52 тонны со средним содержанием, 10,73 г/т (подсчет сделал WAI в 2015 году). Также запасы утверждены в ГКЗ. Геологоразведка продолжается, ожидается прирост запасов (отчет выйдет до конца года). Всего в Кекуру предполагается вложить 23,8 млрд руб., уже вложено 9,8 млрд руб. Предполагается как привлекать инвестиции, так и использовать собственные средства.

Компания уже разработала техрегламент, закупила оборудование для инфраструктуры. В планах – доработка ТЭО, заключение контрактов на оборудование для ЗИФ и вспомогательных служб и узлов. В 2018 году компания планирует утвердить ТЭО у российского регулятора, получить разрешение на строительство и перейти к самому строительству. Монтаж запланирован на 2019 год, запуск и пусконаладка – на 2021 год.

Клен более удаленный объект, по нему сейчас разрабатывается предварительное ТЭО. Кроме того, на Клене определены участки для разведки, чтобы улучшить показатели проекта. План ГРР на 2018 год – 11,5 тыс. м, объем инвестиций – 153 млн руб. Пока ресурсы месторождения составляют 19 тонн со средним содержанием 5 г/т. Проведен первый этап технологических исследований. Они будут продолжаться и в следующем году.

«Отнесение проекта к ТОР улучшит его экономику», — дал понять Сергей Шумилов.

К обоим проектам добраться можно только по зимнику или на вертолете, так что работать там можно только вахтой. На Чукотке планируется дефицит электроэнергии (особенно если заработает Баимское), хотя строится ЛЭП от Билибинской АЭС до Песчанки, запланирована ЛЭП от ГЭС Магаданской области. Строящаяся автодорога будет проходить в 50 км от Кекуры.

Одна из проблем Чукотки с ее потенциалом – отсутствие разведочных работ как со стороны юниорных компаний, так и со стороны государства. По словам Сергея Шумилова, «Росгеология» из-за проблем с подрядчиком, вероятно, не сможет выполнить заявленный объем работ.

Чтобы стимулировать геологоразведку, господин Шумилов предложил создавать СП государства с инвесторами, чтобы разделить геологоразведочные риски, расширять территории, относящиеся к ТОРам, и использовать криптовалюты и ICO под готовые проекты. Он напомнил о проекте ZrСoin (производство диоксида циркония в Магнитогорске) и золотодобывающий проект в Замбии, который ведет команда из России (токен GoldMine, ICO уже запущен). Кроме того, Череповецкий завод по производству труб привлекает инвестиции на модернизацию производственных мощностей ($3,5 млн), выпустив криптовалюту ZavodCoin. «Почему бы регионам не проводить ICO под проведение поисковых работ на потенциальных площадях?» — задался вопросом Сергей Шумилов.

 

Директор по проектированию БГК Сергей Стародумов начал с того, что пообещал держать в курсе событий проекта Удокан.

За последние 60 лет была проведена большая работа по геологоразведке и по поиску технологии переработки. Было пробурено почти 110 тыс. м. скважин, пройдено 70 км выработок. С 2008 года было пробурено еще 75 км скважин , в 2013 году были подсчитаны ресурсы и запасы, выполнено банковское ТЭО. Запасы меди, по последним данным в ГКЗ, оцениваются в 15 млн тонн меди (1,1 млрд тонн руды с содержанием 1,3%). Во второй половине года компания заключила контракты на проектирование рудника и фабрики.

Месторождение разделено на пять участков. Участки Западный и Наминга содержат 96% запасов. Одна из задач компании — понять, каким должен быть годовой объем производства, чтобы строить рудник. Исторические оценки колебались от 10 до 72 млн тонн в год, нижняя (лицензионная) граница сейчас – 36 млн тонн в год. При сопоставлении разных методик выяснилось, что 45-46 млн тонн руды в год – это достижимая цифра, дающая максимальный экономический эффект.

Высокогорье накладывает ограничения на порядок отработки, в том числе – из-за возможности заехать в карьер: в существующем варианте на некоторых участках плечо откатки достигает 10 км. Один из вариантов – заезжать со стороны Западного карьера, но компания рассматривает также вариант подземной транспортировки при карьерной отработке и просто подземную отработку. Несмотря на то, что зона Наминга более богата, получить к ней доступ можно будет только через десять лет, когда будет отработана Западная. Отдельной задачей будет разместить 80-90 220-тонных самосвалов. Еще одна задача – довезти огромное оборудование для переработки. Например, двигатель для кольцевой 40-футовой мельницы, даже разделенный на пять частей, слишком велик для транспортировки.

Компания договорилась о подключении 196 МВт (достаточно для производительности до 25 млн тонн в год). Недостаток будет компенсироваться либо за счет ЛЭП, либо за счет собственной генерации (решение пока не принято).

Еще одна проблема – вечная мерзлота и высокая сейсмическая активность (до 10 баллов).

 

Советник генерального директора компании «Русской уголь» Александр Ковальчук перечислил основные угольные проекты на Дальнем Востоке (Камчатка, Чукотка) и в Южной Якутии. Они, по мнению докладчика, должны способствовать развитию «своих» регионов и отрасли в целом.

Главная проблема больших проектов – их инерционность. Чем больше проект ($1 млрд инвестиций и выше), тем дольше возврат средств. Вторая проблема – необходимость инфраструктуры. «Вывезти по БАМ 430 тыс. тонн меди – это, конечно, проблема, но не такая, как вывезти из района Нерюнгри 15-20 млн тонн угля, с Эльгинского месторождения – 30 млн тонн угля», — пояснил он. Следовательно, нужны железные дороги и порты. Угольные проекты вынуждены сами строить железнодорожные ветки по 100-300 км, чтобы связать месторождение с основными магистралями, на которых, в свою очередь, надо увеличивать пропускную способность. Причина — угольная отрасль ориентирована на экспорт (внутреннее потребление не растет). В 2017 году из примерно 400 млн тонн около 180 млн отправляется за пределы России.

Идея смещения угледобычи с Кузбасса на Дальний Восток вызвана самой жизнью, уверен докладчик. Главный рынок – АТО, так что перспектива развития этих проектов безусловна.

Сергей Никишичев из IMC Montan отметил, что дальневосточные угольные предприятия находятся в заведомо выгодном положении по сравнению с Кузбассом из-за более дешевой перевозки, которая уже превышает операционные затраты, и поинтересовался, нужно ли нарушать сложившийся баланс. Георгий Фотин отметил, что главная задача – обеспечить опережающее развитие именно для Дальнего Востока. «ТОРы могут убить предприятия за пределами Дальнего Востока. Но об этом никто не думает», — продолжил господин Никишичев. «ТОРы могут появиться на территории всей России с 2018 года – может, это как-то поможет, посмотрим», — отметила Анастасия Степанова. «Существующие мощности на Дальнем Востоке не повлияют существенно на объемы экспорта, — включился в дискуссию Александр Ковальчук. – Но конфликт интересов с Кузбассом налицо, и они сейчас на всех уровнях требуют преференций, чтобы сохранить свои преимущества».

Олег Валеев из Polymetal поинтересовался у господина Стародумова, на что компания потратила «триста с лишним миллиона ВЭБовских кредитов и когда это закончится, и поможет ли вхождение в проект ключевого знающего партнера типа «Русской медной компании». «Деньги были потрачены на исследования, я цифры по геологоразведке приводил. Технология переработки есть, она не одна. Мы выбираем оптимальный, чтобы подтвердить его максимальную экономическую привлекательность (в том числе, для потенциальных партнеров). Заинтересованные стороны есть, готовятся соглашения. До конца 2018 года мы намерены закончить проектирование, получить разрешения, 2019 год – начало горно-капитальных работ, 2020 год – начало добычи», — парировал Алексей Стародумов.

Модератор сессии Александр Лопатников поинтересовался у Сергея Шумилова, как долго сможет Чукотка оставаться в лидерах добычи золота и смогут ли новые проекты поддержать объемы. Господин Шумилов отметил, что показатели Чукотки зависят от работы Kinross Gold. Highland Gold тоже внесет свой вклад, но полностью заместить не сможет, поэтому-то и необходимо развивать в регионе геологоразведку.

Еще один слушатель спросил, верно ли, что финансовая состоятельность Удокана не вызывает сомнений, а также где рынок сбыта для его продукции: «Содержания-то не очень». «Со сбытом концентрата есть сложности, хотя покупатели есть и на него, но мы настроены все же на выпуск катодной меди. Это биржевой продукт, мы сможем продавать его в Китай, Индию, Корею и Японию», — ответил господин Стародумов.

facebooktwittergoogle_plusredditpinterestlinkedinmailby feather
Рейтинг: 0

Автор публикации

не в сети 3 дня

MINEX FORUM

4

:)

Комментарии: 3Публикации: 1799Регистрация: 08-07-2013